Кажется, становится уже неизбежной противная нашему желанию истина – мы стремительно вползаем в нечто неприятное. Или, вернее, оно наворачивается на нас.

Никто не скажет нам завтра с утра: «Эй, люди! Мы вас разыграли. Все это были шутки. Мы просто тестировали систему гражданской обороны в масштабах нашей Планеты. Вы, конечно, бездельники и люди безответственные, вы все больше смеялись и шутили, но наш эксперимент подошел к концу. Можете перестать шутить и завтра отправляйте своих детей в школы, садики и институты».

Нам сегодня сказали, что в каждой английской семье кто-то обязательно умрет. Еще нам сказали, что в Германии заболеет 70% людей. И еще мы знаем, что иммунитет от этой гадости наши организмы не вырабатывают, и что все, кто даже выздоравливает, становятся калеками, которые имеют высокий риск заболеть еще раз и на этот раз уже совершенно однозначно умереть.

Про Украину нам сказали только то, что здесь умрут все пенсионеры.

Как бы там ни было, новая реальность явила себя и своим явлением неумолимо ставит целый ряд вопросов о нас самих. Один из таких вопросов касается нашего общественного сознания.

Что будет с ним? Как себя явим мы и как будет выглядеть наше коллективное лицо в этой новой реальности?

Пока мы не знаем ответа на этот вопрос. Никто его не знает. Мы можем только наблюдать. Наше поколение, т.е. поколение тех, кому сегодня от 0 и до 70, никогда еще не переживали ничего подобного.

Даже ликвидация Советского Союза происходила под фанфары крушения Железного Занавеса, демократизации, надежды на то, что все мы станем богатыми и уж, конечно, почти никто не думал, что все завоевания социализма нам придется отдать в пользу капитализма, т.е. в пользу небольшого числа «успешных людей». Поэтому врастание в новую реальность 90-х, на одной шестой части суши, происходило словно под наркозом. Нас грабили с улыбкой и верой в светлое будущее.

Общественное сознание трехсот миллионов людей в тот момент нашей истории уже было подготовлено должным образом болтовней тогдашних либералов и «свободолюбов». Эта болтовня, сдобренная фотографиями магазинов с колбасой где-нибудь в Нью-Йорке или Париже, сделала свое дело. Очнулись мы только уже через несколько лет, когда уже и общество разбилось на классы, когда уже заводы и недра навсегда оказались в руках «успешных людей», когда уже телевизоры и школа рассказывали нам про зверства Сталина и Гулаг, так что никто и подумать не смел, что общенациональный грабеж, устроенный «успешными людьми», хуже, чем та «тюрьма народов» из которой нас «вырвали» уничтожив все то, что мы строили и за что боролись.

Сегодня же все происходит без наркоза. И на кон ставится не просто экономика каждой конкретной семьи – на кону жизнь каждого из нас и наших семей. Как мы это встретим? Как это отразится на нашем обществе, в котором сегодня святым считается только личный интерес, деньги и успех? Общество, где каждый является носителем эгоистично-либеральной модели отношения к жизни и обществу. Т.е. – есть Я, есть мои интересы, мое здоровье, моя свобода, мои желания и мои права! И мне плевать на коллективное. Я родом из Новых Санжар. Все, кто мне угрожает, кто несет угрозу моему благосостоянию, моему здоровью, моему привычному образу жизни, каждый, кто уже болен – это мой враг и мне плевать, что он мне брат. Да и что это за дурная манера такая всех кого-ни-попадя назвать братьями и сестрами?

Общественное сознание – это не просто совокупность индивидуальных сознаний. Становясь совокупностью миллионов, преодолевая границу меры, общественное сознание переходит в новое качество. Нам является нечто, что многократно усиливает как позитивные стороны индивидов, так и негативные их качества. И весь вопрос в том, что в индивидах преобладает? Общества здоровые, моральные, традиционные, создают хороших людей. Такие люди закрывают грудью амбразуры вражеских дзотов, идут в тифозный барак и спасают своих братьев и сестер ценой своей жизни, видя в борьбе с врагом, кем бы он ни был – то ли фашистом, то ли вирусом – свой долг, свое предназначение, свое высшее звание человека.

Общества же разложившиеся – напротив, рождают уродливых и трусливых индивидов, которые могут создать только лишь атмосферу страха, паники, недоверия и презрения к любой другой жизни, кроме своей.

В человеке есть и хорошее, и плохое. Всего есть в человеке. Как говорил Митя Карамазов: «Здесь Бог с дьяволом борется, а поле битвы – сердца людей».

И в зависимости от того, чего в нас больше – Бога или черта – так и будет выглядеть наше коллективное лицо, наше общественное сознание, явленное в новую реальность. Так и встретим мы то, что на нас надвигается.

Надеюсь, что Бог еще не оставил нас. Надеюсь, что людей среди нас все-таки больше, чем нелюдей.

Василий Волга