Василий Волга: корень социальной несправедливости гнездится в частной собственности на средства производства

Василий Волга: корень социальной несправедливости гнездится в частной собственности на средства производства

Гость программы Дмитрия Джангирова «Работа над ошибками» — Василий Волга.

Дмитрий:

Из всего что происходит на левом фланге украинской политики, наверное, одно из самых значимых последних событий – новый лидер в партии «Союз левых сил», которую мы обычно с Вами ассоциировали. Вы заняли позицию Главы Ревизионной комиссии, а лидером «Союза левых сил» стал Максим Гольдарб (у нас в программах он запомнился своей борьбой против тарифов незаконно повышенных). С чем связана эта перестановка?

Василий:

Да потому что назрела, Дмитрий. Ведь у всего есть предел, и предел прочности есть, и предел способности, и предел возможности предложить что-то новое и организовать движение. Знаете, я очень сильно переживал то, что мне не удалось преодолеть препятствия участию СЛС в избирательной кампании парламентской. Я не смог, ЦИК нас зарубил. Мы же с вами знаем и понимаем, что избирательный процесс и политический процесс – это не просто формальные отношения с органами власти, это гораздо больше, это гораздо глубже. И ранее в этом «гораздо больше и гораздо глубже» мне удавалось работать. И если б, скажем, еще 5–10 лет назад я столкнулся с теми препятствиями, которые не дали возможность партии пойти на выборы, я бы с ними справился. А сегодня я вижу, что, вероятно, произошло какое-то тотальное обновление политикума. Я честно скажу, что я его не принимаю, из-за аморальности этого обновления, но оно случилось.

Я из того поколения общественных деятелей, политиков, которые строились где-то с 95-го года. То есть мои контакты, мои люди, коллеги – они из плеяды Кучмы и Кравченко, Радченко, Марчука (который мне, по большому счету, дал «путевку» в политическую жизнь, когда я его помощником стал). И встроиться вот в эту новую жизнь после 2014 года, в эти новые общественные отношения – я уже не успеваю, у меня не получается.

Знаете, у нас была дискуссия внутрипартийная, о необходимости изменения руководства. Я с Максимом Гольдарбом знаком лет 5-6, и на протяжении этого времени (особенно когда его «Публичный аудит» стал давать материалы для его передачи на ТВ, которая стала одной из самых популярных) произошла такая вещь, которая очень важна, как мне кажется: он за эти годы фактически «оцифровал» модель социального человека, то есть обсчитал в цифрах и национальный продукт, и способ его распределения. Они предложили модель как иным образом, из действующей структуры государственной и при определенных изменениях (при уничтожении, ну скажем так, олигархической конструкции и при переходе к социальному государству) можно создать человеческую жизнь, нормальную человеческую жизнь. Конечно, для меня также были очень значимы победы Максима с братом в судах первой и второй инстанции против новых тарифов коммунальных, действующих сегодня в Украине, против Кабинета министров они выиграли первую и вторую инстанцию. То есть пока мы очень много говорили о социальной справедливости, этот человек взял и, используя свои таланты юридически, это сделал.

Дмитрий:

— Борьба за справедливости и левые движения – да, они каким-то образом коррелируются, но как показывает европейский опыт, борьбу за справедливость ведут и правые силы, в Германии особенно, во Франции. То есть борьба за справедливость – это не есть в точной степени именно полное совпадения с левым движений. Гольдарб является левым лидером, или все же борцом за справедливость?

Василий:

— Нет, он является как раз таки «левым». Знаете, на протяжении вот этих вот 5-ти лет совместного параллельного движения СЛС и его «Публичного аудита», «Тарифной мобилизации» мы не раз обсуждали с Максимом вопрос «а что является корнем несправедливости?». Ведь для меня именно разница между, например, левыми и правыми, лежит как раз таки в ответе на вопрос «а где корень несправедливости, где это гнездится?». Левые отвечают на этот вопрос однозначно – в частной собственности на средства производства. И вот это понимание есть и у Максима, понимание того, что неограниченная способность концентрировать в одних руках средства производства дает возможность в конечном итоге влиять на государственную власть, влиять на институт распределения. Для меня разница между правыми и левыми заключается именно в этом вопросе. Нельзя же отрицать, например, что у национал-социалистов (нацистов) также вопросы социальной справедливости поднимаются в том числе и в экономическом смысле, но в основе ведь лежит совсем другое. Только левые дали ответ на причину общественных зол как частную собственность на средства производства.

И знаете, что еще меня к изменениям этим сподвигло, я стал очень радикален. Вот Саша Голуб, например, неоднократно меня дергал после тех или иных выступлений где-то публичных, что я стал более радикален, чем коммунисты. Это правда, я это понимаю, я замечаю. У меня на сегодняшний день озлобленность к олигархату стала уже такой, что это чуть ли не личное. Я готов к революционному развитию событий против олигархата, а это делает в общем-то очень ограниченными мои возможности работы в стране, где мелкобуржуазное мышление и психология в народа такая.

Дмитрий:

На днях наш мелкобуржуазный эксперт Вакаров на российском телевидении обвинил Вас, что вы продали партию олигархам. Что скажете?

Василий:

Конечно, это подлость «маленького подленького человека». Причем, этот человек знает ситуацию, он знает что это несусветная глупость и что такого не может быть. Во-первых, потому что я никогда на подобные вещи не пойду, а во-вторых, если олигархам нужно будет партия, то они заплатят Министерству юстиции и им вынесут готовый пакет документов для этой партии.

Мы прекрасно понимаем, что это удар по нам в силу того, что перед левым движением начинают разворачиваться перспективы. Что любое усиление «Союза Левых Сил» и тем более появление возможности дальнейшего широкого объединения левых вокруг СЛС будет с подлостью восприниматься. Ну и что, ну грязью больше, грязью меньше, собаки лают – караван идет.  Весь вопрос в том, что сейчас партия будет делать под руководством Максима Юрьевича и каким образом будем двигаться дальше.

Первое что перед «Союзом Левых Сил» стоит – это конечно же участие лидера СЛС Максима Гольдарба в избирательной кампании в городе, борьба за мэрское кресло. Мы будем включаться в этот процесс, и мы будем нести как идеи социальной справедливости, в том числе и муниципального социализма, который крайне необходим сегодня городу.

Дмитрий:

Давайте немножко другой аспект возьмем. Смотрите, эта тенденция не украинская, это тенденция общемировая, что правые силы перехватывают левые лозунги. Силы, выступающие за справедливость, это могут быть и крайне левые крайне правые силы, справедливость-то пересекается. Как левым позиционироваться от правых?

Василий:

А я ничего другого не вижу кроме отношения к средствам производства. Знает, вот Die Linke, европейские левые, они меньше акцентируют внимание на собственности, на средствах производства, но уж немцы точно. Тем не менее, выступая перед депутатами Бундестага я поднимаю этот вопрос, о том, что левые должны вернуться на свою исконную теоретическую основу: что способ распределения изменить можно только тогда, когда изменится отношение к собственности. Это ключевое, основа основ: собственность, мои деньги, моя собственность, распределение. То, что в Европе и, например, в скандинавских странах, государства достигли очень больших высот, несмотря на частную собственность и способы распределения, когда выровняли вот этот разрыв достаточно неплохо между богатыми и бедными и пустили капитализм по такому, знаете, социальному пути развития, это так, но нас это не касается.

Нужно смотреть как во всем мире происходит, но, послушайте, мы говорим про украинский социализм, про реалии этой страны. То есть, мы живем в стране Украине в 2019 году, гражданская война на востоке, истощенная полностью олигархами экономика, земля выставленная на продажу, Украина на панели – вот я говорю что в этой ситуации действия левых крайне необходимы. «Сборку» государства необходимо начать именно с того, что мы приведем к основе основ: бюджетообразующие средства производства, естественной монополии, недра, земля – находится в руках государства, то есть то, что создает прибавочный продукт, ключевой, влияющий на жизнь всей страны, обеспечивающий вопросы национальной безопасности, выступающий главным инвестором. В данной ситуации левые должны вернуться именно к этим основам, единственное что нас отличает от правых, либералов, всех кого угодно – это наше отношение к собственности.

Но все это болтовня, до тех пор, пока есть 6-7-10 олигархов, которые в состоянии содержать политические проекты, которые установили сегодня ценз на выборах даже депутатов по мажоритарке. Ведь один из показателей олигархического общества – это ценз, чем больше избирательный ценз – тем больше олигархической общество. Как сегодня простой пенсионер может заплатить 44 тысячи гривен для того, чтобы баллотироваться в парламент? Никак. Каким образом политические партии, которые сегодня не имеют средств массовой информации смогут донести народу свои идеи? Нам надо сбалансировать это: вот есть общество, вот есть граждане, люди, создающие национальные богатства, люди трудящиеся, люди, работающие в сфере реальной экономики, люди, работающие в сфере медицины и образования – то есть те, кто эту страну в общем-то создает и держит; и есть олигархическая группа. Разрыв недопустимый. Разрыв во всем, в доходах и, главное, во владении. И вот давайте мы все приведем в соответствие, давайте мы понизим уровень концентрации средств производства в одних руках, давайте больше этого дадим государству и способность демократическим образом общества на это влиять – и вот тогда будем говорить, что мы начнем стремится в сторону построения более или менее справедливого общества.  

Дмитрий:

Представим чудо, вот приходит к власти даже не левая партия, а вот приходит красный диктатор с абсолютными полномочиями. Чисто гипотетически, где он столько возьмет руководящих кадров, которые смогут управлять государственной собственностью? Ну не в киевской же школе экономики! Невозможно либерала сделать государственником, он не понимает, что такое межотраслевой баланс, что такое народное хозяйство и почему если ты стоишь металлургические заводы, то рядом надо швейные фабрики построить. Ведь давно не было никакого обучения в этом.

Василий:

Вопрос, который вы ставите, конечно один из ключевых. Вот буквально на днях мы с Максимом говорили об этом. Максим инициировал процесс обсуждения программы партийной. Ведь для того чтобы все левые объединялись вокруг «Союза левых сил», мы должны тогда создать такую программу, где есть нечто, стержень, что непоколебимо, а остальные вещи, на которые мы можем пойти ради объединения, сделать более мягкими. И вот для этого идет обсуждение. Вот я говорю о том, что удалось его «Публичному аудиту» оцифровать модель социальную, это очень важно.

Смотрите, 200 лет назад, когда прокатились по миру буржуазные революции, это была уже постаристократическая эпоха, постфеодальная, но также эпоха постбуржуазная, появился парень, который оказался гением. Да, были предшественники, французы что-то свое придумали, англичане, но именно ему удалось из этого сделать что-то и показать, что постбуржуазный мир – это мир социализма, это мир обобществления, мир, который определил по большому счету развитие европейского континента, да и всего мира на протяжении ближайших 200 лет. Наша проблема сегодня в чем состоит, такого парня нет. Ведь, смотрите вот мы вспоминали Валлерстайна, ведь что, этот парень о постсоциализме заговорил, заговорили другие, какие-то социологи и экономисты о посткапитализме, они видят крушение либеральной модели, но посткапитализм – а что это? Есть ли посткапитализм просто социализмом, или же посткапитализм – это что-то, что будет в себе содержать элементы какие-то эффективные капиталистического строя и, в тот же момент, что-то мы возьмем из Советского Союза, например, и что-то совершенно новое, чего не было? Маркс своим гением провидел через 200 лет и это нам описал, мы с этим сегодня работаем.

Когда вы задаете вопрос в отношении того, а где взять этих людей, которые смогут организовать хотя бы плановое хозяйство, хотя бы индикативного характера, на 5 лет или на 8, как Европа переходит.  Где мы возьмем тех специалистов, которые хотя бы план ведут в систему образования, это же смешно, все юристы и экономисты, нет людей инженеров, потому что мода была, никакого плана поэтому нет, никаким образом не корректировали по показателям, чтобы туда и туда уходили молодые люди. То вот где взять этих людей? Над этим надо работать, но вы же Дмитрий Георгиевич сами же говорите, что в существующем положении дел уже все просто разваливается, ведь они, на самом-то деле, уже бегут к коммунисту китайцу и просят у него «дай нам инвестиций, потому что мы уже все угробили».

Мы сегодня говорим о том, что мы должны в эту реку пойти, мы должны начать это движение. Отвечая на вопрос, где взять этих управленцев и каким образом эти управленцы должны двигаться, знаете, мы к этому придем, конечно через определенные переходные периоды, но ничего страшного.

Дмитрий:

Я на съезде у Вас это говорил, и сейчас скажу. Начиная с Маркса, в том числе и оппоненты Маркса и сторонники все исходили что в стоимость рабочей силы обязательно должно быть заложено воспроизводство рабочей силы, в той или иной степени. Начиная от восстановления сил самого работающего, некоего его уровня минимального образовательного и культурного, и, включая, так сказать, следующее поколение. То в понятии прекариат уже этого ничего нет, только оплата за сделанную работу. Даже у правых предполагалась в каком-то виде социальная ответственность за рабочих, они говорили «застрахуй себя», говорили что не должно быть дискриминации никакой. Сейчас вообще речь об этом не идет, идет уберизация рабочей силы.

Василий:

Да, и Вы посмотрите с другой стороны что еще происходит, когда этой оплаты сегодня у всех, кроме высших управленцев разве что (как, например, Коблев с его миллионами), хватает едва-едва на восстановление сил человеку, чтобы он не умер с голода, что происходит? Миллионы людей тогда толкают на то, чтобы они другим каким-то способом восполняли недостающее, фактически, таким образом капитализм создает криминальную экономику. Ведь человек должен найти где-то слева или справа, или украсть, или убить, или ещё что-то такое сделать для того, чтобы на самом-то деле не умереть с голоду.

В целом, Дмитрий, если я правильно понимаю наши с Вами многие разговоры и длительное знакомство, то и Вы так же смотрите на этот вопрос, что существует необходимость именно вот такого левого поворота, левого взгляда и какого-то левого просвещения, чтобы знаете, какой-то луч хотя бы просветил в нашей стране.