Заслуживает внимание недавнее интервью президента американскому НВО: в нем он раскрывается – в своём театральном позерстве, в своей боязни, в своем желании прислуживать и угодить, выспросить, все ли правильно делает, в своей явной несамостоятельности и детской обидчивости.

А потом удивляется:

— что-то на Нормандскую встречу никто не едет, не хочет никто с ним встречаться, результатов нет никаких;

— что-то с Днём рождения поздравило крайне малое число людей, которых можно назвать национальными лидерами;

— что-то на инаугурацию не позвали президента – смотрел по телевизору;

— что-то вакцины поставлять будут по остаточному принципу (конечно, если ты по указке из посольства на законодательном уровне, наплевав на защиту людей, запрещаешь российскую вакцину, кто ж к тебе уважительно относиться будет?).

Как дешево смотрелась его попытка пинания уже ушедшего с поста Трампа: «я на него в обиде». А чего раньше ему не сказал, почему раньше не предъявил претензии?

В целом интервью пронизано слабостью, позерством, обидчивостью, ложью, обиженностью, непониманием, что делать дальше. В его психотипе уже давно разобрались – и иностранная агентура, и его собственное окружение, которое поняло, что он человек боязливый, неуверенный в себе, подверженный неврозам, легко попадающий в зависимость, и как им вертеть.

Он ужасно боится народных волнений – это видно по трусливой реакции на тарифное сопротивление людей, различные манифестации под Кабмином или ОП, по прогибам перед нациками и олигархатом.

Это видно по тому количеству охраны, которой даже у Порошенко не было. Этим пользуется его офис, создавший для него теплую информационную ванну. Ему это нравится, потому что он ужасно боится информации извне. Где-то в глубине президент догадывается, что стал, мягко говоря, не любим в народе, но боится себе в этом признаться и живет теми сказками, которые придумывает окружение.

Максим Гольдарб